Микки Рурк родился в 1956 году. Рос в Майами, в гетто Либерти Сити. Это был район, в котором дети – Филипп (так назвали Микки родители) и его брат Джой – не могли выйти на улицу из-за постоянных гангстерских разборок. Наркотики, облавы, налеты, бомжы, уличные драки. Преступность и нищета. До семи лет семья жила в Нью-Йорке, а потом мать Рурка оставила отца ради калифорнийского полицейского. Дети не особенно переживали развод. Отец был качком-любителем: братья плохо его помнили, потому что он все время проводил за тренажером. Отчим тоже не отличался добротой: он был суровым типом, лучшим методом воспитания считающим кулаки. Юность Джо провел, воспитывая людей бейсбольной битой, а Микки отрывался на ринге и в драматическом кружке. Для Рурка актерская игра до конца дней так и осталась отчаянием, выплеском энергии, спасением от гадостей окружающего мира.   В 22 года Мики Рурк сбежал в Нью-Йорк и поступил в актерскую студию Ли Страсберга. Его дебютом был фильм Лоуренса Касдена "Лихорадка тела". Касден пришел на студию посмотреть на молодняк, а после спектакля зашел за кулисы, к Рурку: "Молодой человек, вы в предынфарктном состоянии. Не забывайте, что здесь, на сцене, все делается понарошку". – "Я не умею иначе", – ответил Мики. Эти слова стали его кредо и проклятием. Для Рурка роль в "Лихорадке" была тем же, чем для Брэда Питта – эпизод в "Тельме и Луизе". Необычного молодого человека с огнем в глазах заметили все. О нем говорили как о новом де Ниро, о первом серьезном конкуренте Николсону. Женщины сходили от него с ума. Он стал сексуальным идолом. Следующим хитом Рурка была "Бойцовская рыбка" Фрэнсиса Копполы. Фильм едва не провалился в Штатах, но Европа с восторгом приняла картину и новую европейскую звезду – Микки Рурка. 80-е стали временем рассвета. В дерзкой эротической ленте "9 1/2 недель" он сыграл образ необычного нью-йоркского яппи, свободного от предрассудков. Эдриан Лейн (режиссер) с помощью Мики Рурка создал идеал для женщин, кому за тридцать. Это была почти истерия. Лилиана Кавани пригласила его исполнить роль святого Франциска Ассизского. Он сыграл в биографической ленте по роману Чарльза Буковского.
  В начале 90-х Рурк разочаровался в профессии, он не мог смирится с тем, что искусство должно подчинятся законам бизнеса, и вернулся в бокс. Это был вызов прессе, киностудиям и самому себе. Пять лет он бился на ринге в Европе и Азии, закончив десять схваток победой и две - в ничью пользу. Но когда Рурк перестал заниматься боксом, он не мог найти работу, и тогда наступило трудное время. Средства массовой информации серьезно испортили его репутацию. Микки воспринимали как талантливого, но трудного в работе, актера. Продюсеры и режиссеры не хотели рисковать.
  Его возвращение в кино началось с фильма "Пуля", где он играл в паре с Тупаком Шакуром. Затем последовала серия ролей второго плана и даже эпизода, выразительная роль отца похищенной девочки в фильме Шона Пенна "Обещание", роль зэка-трансвестита в "Зверофабрике" Стива Бушеми.
  Рурк работает по методу Станиславского, на съемках он полностью перевоплощается. Для роли в фильме "Крестный отец Гринвич Виллидж" он поправился на 12 килограммов, и похудел на 10 для "9 1/2 недель"; сделал татуировку бойцов ИРА для "Отходной молитвы", месяц проработал в полиции для "Года дракона", выбил себе два зуба для "Пьяни".